Stranger, lost in the night
адепт тлена и безысходности
Лето - время дорог, когда приходи ощущение пути, и зелёные линии навигатора сулят надежду. Вдали, над самым горизонтом, лента дороги убегает в подсвеченные заходящим солнцем облака. Иногда сквозь закат проплывает сверкающий золотом самолёт. И струятся планы, трепещут нескончаемые фантазии, рождаются мысли, устремляющиеся вслед за золотистой полосой, пересёкшей небо.
Лето пахнет бензином и ветром, и несбыточным, иногда ароматами умытого дождём леса и его влажных устилающих землю листьев.
Лето отдаёт неисполнимыми мечтами, отзвуками детства и юности, как будто всё впереди, и внезапно уже всё уже не кажется таким отчаянно невозможным.
Летом можно упиваться ветром, впускать его врываться поверх спущенного стекла даже в самый безветренный день, и давать дышать и перекрывать дыхание.
Когда-то лето было символом свободы и, может быть, сейчас, когда оно давно утратило эту символичность, ощущение свободы пытается выбраться в этом бесконечном ветре струящихся дорог, манящих убежать вдаль, вырваться из привычных повседневных оков, свернуть с трассы и, запутавшись в перекрёстках направлений, очутиться там, где был, или не был, а только привиделось, что был.
Лето течёт сквозь мысли, тянется лентами через сознание, лентами автострад, пустых или переполненных вереницами автомобилей, лентами сливающихся в зелёные стены лесов, лентами уверенных и воздушных предчувствий и задумок.
Лето вплетается внутрь и не оставляет, пока не растает и не оборвётся, вытекая сквозь пальцы в конце пути.